С знаком паскалем дружу

Фрэнсин Паскаль - биография, список книг, отзывы читателей - rowssizarsing.tk

с знаком паскалем дружу

Хотя мне было все равно с каким знаком — уже тогда литературу я и Камил мне добродушно рассказывал, что продолжает дружить с обоими, неожиданный, и меня так и тянуло выдать ему Паскаля: «Плачь о самом себе!. Лучше, если мужчина с именем Паскаль родился под знаком зодиака — Лев ( Он может по-настоящему дружить, проявляя большое терпение и. Решено: Перевод кода C# в Паскаль Turbo Pascal Ответ. WriteLine(" Количество смен знака = " + countOfChanges); Console. Собственно с Паскалем плохо дружу, а программу нужно реализовать именно в.

Но я посмотрела на сухопарую фигуру мсье Паскаля, на его тапочки, халат и смешной ночной колпак на голове я приехала слишком рано … В глубине его глаз, которые в тот момент вернее было бы назвать маленькими буравчиками, таилось нечто такое… нечто такое… Нечто очень подобное тому, что было и во.

И я сказала, что стряпать — это страсть всей моей жизни.

с знаком паскалем дружу

Если бы он завел меня в гостиную и предложил сыграть на органе фугу Баха — я бы тоже не отказалась! Итак, он довольно кивнул головой и вышел из кухни, смешно шаркая своими шерстяными тапками.

Взгляд в историю - Church of the Living God

В их глазах так же во всю мощь работали тысячи буравчиков. А я смотрела на убитую живность, живописно возлежащую на столе, словно на полотнах голландских художников.

Что мне нужно было сделать? Кое-как нарезать из окорока вепря отбивные. Сварить из курицы бульон. Чем богаты — тем и рады! Но надо знать, какая я упрямая. Я окинула взглядом стены с полками. В голове всплыло множество воспоминаний — что-то о маринаде, тушении в вине, запекании в тесте и шпиговании пряностями.

Потравлю всех к чертям, подумала я, и буду хозяйничать в этом доме — по крайней мере до тех пор, пока сюда не наведается полиция. Вепря, вычищенного до состояния новорожденного поросенка, мы положили в чан, и я тщательно натерла его всеми пряностями, которые были в этих баночках. Потом залили все это бочкой вина, которое по моему приказу принесли из подвала.

Когда помощники лили его в чан, кухарка умывалась кровавыми слезами, бормоча что-то о трехсотлетней выдержке и моем безумии. Может быть, она говорила что-то и похуже, но я тогда еще плохо понимала местный диалект. Потом я уже действовала, как настоящий художник! Мясо кролика перекрутила в электрической мясорубке вместе с кучей зелени — лука, свежего перца, помидоров, чеснока, корня сельдерея, укропа. Потом взялась за курицу.

Вспомнила, как одна деревенская повариха, которую пригласили обслуживать свадьбу моей родственницы, осторожно подрезала кожицу и снимала ее с несчастной курицы, как чулок. Главное в этом деле — вдохновение, говорила. Мое вдохновение имело другое название: Я начала переодевать кролика в курицу: В глазах кухарки будто выключились буравчики: Когда я зашивала брюшко курице-кролика толстыми нитками, надо мной с уважением склонились все четверо и смотрели, как на Бога.

Короче говоря, сутки прошли в трудах праведных… А я никогда еще не трудилась сутки кряду! Даже не заметила, как настало утро, как оно перетекло в день. Мсье Паскаль ни разу не заглянул к. Наверное, думал, что я сбежала. Днем мы вынули из чана вепря, благоухающего, как цветущий сад, и положили его на огромный медный поддон. Я слегка обжарила тушку курице-кролика и с нежностью уложила его во чрево кабана.

Но там еще осталось место. Помощники с вопросительным уважением смотрели на. Мне уже было все равно! Я так разошлась, что, как щедрый сеятель, всыпала туда вишни, груши, орехи, чернослив, зерна горчицы.

с знаком паскалем дружу

Вышла дикая смесь, которую я к тому же хорошенько перемешала с медом. Ароматное ложе для гибрида кролика с курицей было готово. Я молча стояла над вепрем, внутри которого в курином тельце был зафарширован кролик, и послушная паства затаилась у меня за спиной. Учитесь, дети, пока я с вами, подумала я и сняла с пальца серебряное кольцо. Я все время мысленно обращаюсь к живописи. Кстати, это невообразимое блюдо — мое доказательство того, что мир устроен как матрешка, и все довольно-таки гармонично вкладывается друг в друга.

Итак, завершив работу, мы вставили лист с вепрем в печь. Потом несколько часов мои помощники поливали тушу соком, образовавшимся вокруг. А я, обессиленная, сидела у огня и думала, этого ли я хотела, отправляясь в путь? Одежда моя испачкалась, хотя на мне и был большой фартук из брезента. Мне не указали на какую-либо комнату, где я могла бы помыться, расположиться и отдохнуть.

Мои помощники будто забыли обо мне и уже суетились, нарезая салаты, разливая вина в графины и поднимая все это наверх с помощью специального лифта. Последним на него положили вепря на громадном блюде. Все это уже меня не касалось. Даже есть не хотелось.

Кухарка перекрестила кабанчика, как родного сына перед дальней дорогой, и нажала кнопку подъемника. Вепрь, из которого ароматными струйками испарялась его несчастная душа, медленно, как царица Клеопатра при въезде в Рим, поплыл вверх. Я подумала, что стоило бы раздеться и сесть на него верхом. Вот это был бы настоящий сюрприз для гостей мерзкого старикашки!

Хотя хватит с него и колечка, о которое он сломает свой последний зуб! Оказывается, мсье велел составить список необходимых мне вещей и всего такого — короче говоря, всего того, что мне будет необходимо для дальнейшего пребывания в его обители. О, как я была зла! Трое суток без ванны! Трое суток под вонючей простыней в кухне на нижнем этаже! Без тапочек, без ночной сорочки, в компании мешков с чищеным луком. Я уже однозначно решила разорвать контракт.

И поэтому ничуть не дрогнувшей рукой вывела на листке бумаги по меньшей мере десять абсурдных пунктов. Чувствовала себя так, будто составляю брачный контракт. Следующим утром, когда я пыталась хоть как-то отчистить от кабаньей крови свои единственные джинсы, чтобы иметь приличный вид, когда выйду на улицу, та же кухарка, мадам Же-Же то есть ее имя, как она сказала, Женевьевавошла в кладовую без стука и пригласила меня следовать за. Но, признаюсь, поглядывая на картины, поглаживая деревянные перила и вдыхая запах освещенных тусклым светом апартаментов, я чертовски хотела, чтобы наше медленное восхождение длилось вечно.

Наверное, я уже тогда ощущала вкус времени, разлитого в этом пространстве… Женщина распахнула дверь в конце коридора и учтиво кивнула: Мсье Паскаль сегодня очень занят.

с знаком паскалем дружу

Он сам вас позовет. Обед — в три.

Сергей Ковалев: Я постараюсь уничтожить Паскаля, как боксера!

Ужин — в семь. И, притворяя за собой дверь, добавила: Это случается нечасто… Черт побери! Сто миллионов жареных крыс! Я не могла прийти в.

За окном во всю стену высились горы. Застеленная белым пушистым покрывалом кровать напоминала аэродром! В шкафу — все, что нужно, чтобы не ходить в заляпанных джинсах. Я решила, что, наверное, за мной кто-то наблюдает через глазок скрытой камеры, и поэтому, сохраняя невозмутимый вид, толкнула дверь ванной.

Джакузи… Махровые полотенца… Уйма соблазнительных пузырьков с духами. Интересно, сколько этот господин за него получит?! Я скрутила кукиш в громадное зеркало и вернулась в комнату. Среди всего барахла не хватало хренов собачьих. Посредине круглого стеклянного столика лежало мое серебряное кольцо… …Так я оказалась в этом доме. Но до этого, поверьте мне, мы еще дойдем. Хотя меня ужасно воротит от этой формулировки. Правда жизни — в запахе жареного лука, гречневой каши, она кистью художника-иезуита написана на лживых лицах политиков, она лежит в шляпе уличного аккордеониста, она хрипит и кашляет в промерзших водопроводных трубах, она скрывается под брюками женщин в виде заштопанных колготок… Я наелась ее досыта!

Меня тошнит от одного воспоминания об этих колготках. Точно так же мне тошно писать письма своим бывшим приятелям. Конечно, я сразу, как неофит, оказавшийся на другом конце света, в первый же вечер написала письмо своей подруге. Оно было примерно такого содержания: Вижу в окно чудесные горы.

У меня есть личное джакузи. Потом я скомкала эту писанину. Представила себе, что могла бы ответить подруга.

  • Book: Амулет Паскаля
  • Франсуа де Ларошфуко. Максимы. Блез Паскаль. Мысли. Жан де Лабрюйер. Характеры (fb2)
  • Перевод кода C# в Паскаль

А еще бы она сделала приписку о зиме… Кстати, там, в моем городе, зима тянется долго-долго, почти бесконечно, и все разговоры только о погоде. Каждый день, где бы ты ни был — все говорят о холодах. Вчера было намного теплее, чем сегодня! А какой прогноз на завтра? Когда же это закончится? Все ходят бледные и прячут руки в рукава… Но дело не в.

Дело в том, что там, в моем городе, где долго тянется зима, я и сама говорила и думала только о холодах… И всегда выгрызала весну зубами. Так яро, будто ела твердое зеленое яблоко! С вами такое бывало? Хоть с кем-то одним — обязательно. Я так безумно желала ее, что порой мне казалось, будто она приходила лишь благодаря моим усилиям. В лютые морозы, стоящие в конце января, я упрямо надевала под шубу короткую юбку. Ветер и стужа хватали меня за все запретные для их длинных щупальцев места.

Но под моей кожей распускались цветы, проступали на ней, как татуировки… С этими цветами, прущими изнутри, я могла бы жить где угодно. Но я не люблю застоя. Какой смысл консервировать эти цветы в себе? Нельзя жить будущим, ждать и полагаться на. Ведь можешь напланировать всякого на год вперед, а завтра на голову свалится кирпич — и прощайте, Карибские острова! Мысль об этом проклятом кирпиче, лежащем на самом краешке крыши, прямо над моим подъездом, не давала мне покоя. Подложив руки под голову, я прислушивался к едва слышному шелесту моря и спокойному дыханию моряков.

Подо мной была койка Луиса Ренхифо, он храпел, будто дул в тромбон. Если бы мне поставили такие условия, думала я, что бы я должна была сделать? С ума сходила от этого вопроса. И не могла спать.

Точно так же, как выгрызала весну, я начала выгрызать для себя тоннель в этих холодах. Я подумала, что яростно вгрызаться в лед и считать дни — в этом и есть цель и смысл, а засесть в джакузи с видом на горный пейзаж — начало конца.

Мышеловка… Такой вот парадокс. И меньше размышлять над тем, что будет в следующей серии. Это, кстати, сказал мсье Паскаль спустя два дня, когда наконец пригласил меня к. Ведь каждый пришел смотреть СВОЕ кино.

Эти ответы лишь сбивают тебя с толку, и ты сгораешь от нетерпения — поскорей бы попасть в кинозал. Прыгаешь на одной ножке, считаешь часы, минуты и секунды. И наконец — получаешь билет… Заходишь в темный зал. Слепнешь от темноты и не видишь тех, кто скрипит стульями рядом, твое внимание приковано к белому экрану. На нем пока ничего не происходит. А ты — первый зритель первого фильма в синематографе братьев Люмьер.

По телефону матушка Же-Же приглашала меня на кухню — поесть. Я вела себя, как партизан. Жилье и еда меня вполне устраивали. Я даже смирилась с тем, что участвую в этом шоу. В конце концов, все происходящее вокруг — тоже шоу. Только бери камеру и снимай! Настолько, что перестала делать неприличные жесты, стоя перед зеркалом, и заглядывать время от времени под кровать. Именно тогда матушка Же-Же сообщила, что мсье Паскаль освободился от своих срочных дел и готов поговорить со. Я должна была явиться перед ним во всей красе!

Что бы ему могло понравиться? Шелковое платье, висевшее в шкафу? Туфли под цвет платья на высоких каблуках? Да, пожалуй… Я вынула из аптечки пузырек с зеленкой и тщательно смазала ею волосы по всей длине.

Поверх белой футболки натянула черную майку. Когда матушка Же-Же пришла за мной, чтобы проводить в кабинет хозяина, ее мой вид задел так, что она на миг даже прижалась к двери и чуть не выпала из нее в коридор.

Мы спустились по лестнице, потом свернули направо, потом — налево. Из стен этого крыла торчали оленьи рога, улыбались кабаньи рыла, печально поблескивали искусственными зрачками нежные косули… Матушка Же-Же почтительно приоткрыла дверь и кивнула мне: Я доказывала себе и другим, что это — особенность кожи, под которой сосуды расположены слишком близко, но это было неправдой!

Я краснела потому, что не имела навыков общения. Мне всегда казалось, что люди должны воспринимать друг друга на уровне жестов, находить единомышленников по… стилю одежды, по книге, лежащей в их сумке, по коротким, но метким фразам и даже по тем блюдам, которые они любят. Когда эти иллюзии развеялись, я начала слишком много болтать, открывать любые двери ногой и вообще вести себя так, чтобы больше никогда не краснеть.

Чем раскованнее поведение, тем меньше интересуются, от чего у тебя пылает физиономия. У наглых людей она всегда красная и всем довольная. Так вот, перед тем как войти в кабинет мсье Паскаля, я почувствовала давно забытый укол застенчивости. Будто я вернулась на десять лет назад в свое прошлое, которое терпеть не могу.

Но я знала, каким должно быть противоядие этому уколу, вызывающему пробуждение совести. Я вошла в кабинет. Мсье Паскаль, как я себе и представляла, сидел за широким письменным столом, позади него — полки с книгами под самый потолок, окна зашторены зеленым бархатом очень гармонирует с моими волосами, подумала.

Я вошла в кабинет, с острейшим уколом совести. А изо рта пускать слюни. Итак, я вошла в кабинет, прошлась, села на стул напротив стола и сказала: Я знаю, когда ведешь себя именно так, необходим еще один мелкий, но очень существенный нюанс: Иначе вся твоя храбрость быстро улетучится.

Собственно, за эти несколько дней я забыла, как он выглядит. Передо мной сидел пожилой мужчина, сухопарый, с большими темными глазами и массивным носом, его лоб бороздили благородные морщины. На нем была мягкая клетчатая кофта.

Зеленый платок на шее, белая рубашка. Из всего увиденного я бы выделила только. Интересные глазки — слегка навыкате, с разноцветными крапинками. Такое впечатление, будто в зрачки вставлены два маленьких глобуса с параллелями и меридианами.

Итак, дух земного шара все же витал в этом полумраке. Интересно, обозначена ли на нем точечка моей родной страны? Вдруг мне почудилось, что лицо мсье Паскаля неожиданно… помолодело.

с знаком паскалем дружу

Скорее всего, мой взгляд рассредоточился, как это бывает, когда долго смотришь на свет, и лицо мсье Паскаля расплылось перед моими глазами. Оно было гладкое, как яйцо. Это было похоже на ускоренную эволюцию в пределах одного лица. Мсье Паскаль стоял передо мной со стаканом вина в руке. Сначала от приготовления той чертовой еды, а еще больше — от ожидания. Я все-таки не железная.

Я взяла стакан и сделала глоток. Мсье Паскаль снова уселся на свое место. Когда вы несчастны там, где родились. Или когда вы слишком счастливы, чтобы не позволить себе новых впечатлений. Вы приехали сюда заработать, как говорите, деньжат… Сколько же вы планируете их получить? И на что потратите свой первый миллион? Я подумала, что это, наверное, какой-то тест, которым обычно проверяют новых работников.

Мне сказали, что это будет тест на IQ, но поскольку тогда еще никто не знал, что это такое, пришлось отвечать на дурацкие вопросы, вроде: Один смотрит на север, другой — на юг. И потом, разве не интересно поразмыслить над тем, на что вывалить такую сумму? Кто же об этом не думал, хотя бы раз в жизни! Мне кажется, это был достойный ответ, хотя я и не люблю отвечать вопросом на вопрос.

Но я — человек старый, одинокий, почти маразматичный. Мне много не. О них мы еще поговорим. Почему вы не выбрали для этих, как вы говорите, мелочей более достойную кандидатуру, какую-нибудь местную барышню? Их было так много, как писем Деду Морозу в Лапландию, которые зимой пишут дети всего мира.

На меня сошел священный трепет: С вашими доходами вы могли бы нанять выпускницу Сорбонны. Она была закрыта — в ней не было видно никакого коридора.

Разве что я отчетливо представила себе, что за ней, прильнув ухом к замочной скважине, стоит матушка Же-Же. Мое движение разозлило старого мсье. Он заговорил энергичнее, будто втолковывая урок, который я давно заучила и вдруг забыла. Порой там он указал глазами на потолок двери открываются именно в тот момент, когда ты озвучиваешь свое желание.

Ты, конечно, об этом и не догадываешься. Просто в этот момент произносишь что-то вроде: Я покорно кивнула, ведь довольно часто беспокоила небесную сферу подобными крамольными мелочами. Конечно, зонтик у тебя появляется — так или. Но в этом случае он появляется быстрее, чем ты планировала. Я отрицательно покачала головой. Вы не впадаете в крайности. Ведь есть две категории: А я не люблю настырных людей… И фанатиков не уважаю.

Он закашлялся и умолк. Классический рецепт написания альтернативки - смотрим, кто у нас сегодня враг, лезем в прошлое и начинаем по нему топтаться. Постепенно диких чеченов в литературе сменили грузины-"грызуны", потом пришла очередь украинцам превратиться из вечно недоумкуватых хохлов в страшных бЕндеровцев: Всякие поляки и прибалты держатся на одном и том же не слишком высоком уровне мерзости - видимо, потому что европейцы, на них перо не поднимается: Откровенно говоря, мысли были - что в связи с томосом должно быть написано нечто Но - нашелся смельчак, который перетряс "еллинских попов" в XV веке, и показал всю не то что еретичность - а прям-таки сатанизм константинопольских священников, которые и спать не лягут, пока пару козней всему христианству, а паче России не сотворят - например, создадут киевскую митрополию: Правда, это все плавно перетекло в легкое пока еще не отрицание, но уж как минимум порицание православия вообще и примирение, если не восхваление католицизма.

Очень интересно - это автор слегка зарвался или, напротив, учуял струю и поспешил опередить всех конкурентов?

Словом, при более-менее неплохо написанном сюжете и языке, в котором запятые более-менее на своих местах - все равно заказуха даже если ее никто не заказывал явно Там и умные сюжетные ходы, и интересные персонажи, и беседы с философским подтекстом, но не заумные, и любовь Плюс инструкция, как стать настоящим правителем и как общаться с "чернью" Очень здорово, читайте, не пожалеете.